Скрам  - Яна Егорова

Скрам ожил примерно часа через два. За это время ко мне на телефон поступило лишь одно распоряжение – ни при каких обстоятельствах и никому не давать пить. Даже это не посчитала странным, ну, а когда ввела в кабинет первого гостя – Гелашвили, поняла, что это неспроста. В кубе было жарко. В отличие от остального офиса, здесь, такое ощущение, сломался кондиционер.

– Эй, девочка, ты хоть вентилятор включи, – вытирая со лба пот и плюхнувшись на указанное мною место, крикнул мне вдогонку владелец ХолодТранс. Раньше него в офис приехал только Артем, но скрамовца потребовал к себе Адриан. Боярский все еще оставался в кабинете у Шагалова, когда прибыла остальная троица. А за ними и сам Давид. Мне пришлось перебороть свое отношение к надменному брату босса и попросив остальных подождать, провести его в куб. В отличие от клиента, Шагалов старший не проронил ни единого замечания на тему температуры в помещении. Вот, что у него не отнять, так это интуицию касаемо замыслов брата. Он достойно опустился на тот стул, на который ему указала я. Оставив этих двоих в кубе, вернулась за остальными, услышав за спиной недовольное от Зазы Джамаловича:

– Что-то темно у вас, Давид. Неужто электричество экономите? – на его хохоток Шагалов старший коротко стукнул тростью об пол, на что гость разумно захлопнул рот.

В холле стояли трое. Они как будто не были знакомы друг с другом. Андрей Пушков, программист-дизайнер, даже не потрудился переодеться, все в той же рубашке и тех же джинсах прибыл в Скрам. Периодически потирая негустой пух на голове, заменяющий ему волосы, с интересом разглядывал все по сторонам. Казалось бы, он не знал, зачем сюда приехал, но ожидал от этого места неких развлечений. Виктория, вдова, приехала в темных очках, хотя даже и с ними было видно, что ее макияж был нанесен безупречно. Судя по тонко, без единой помарки подведенным губам, рука у нее сегодня утром не дрожала, даже не смотря на спешку. Однако, женщина соблюла приличия и прибыла в черном коктейльном платье, облегавшем ее тело, как кожа змею. Мне нравится именно это сравнение, ведь оно ей так подходит. В руках она держала черную шелковую сумочку и беленький платочек, которым время от времени как бы промокала слезы. Но что-то я не увидела на ее щеках следов от этих самых слез.

Невдалеке от них прогуливался Борщов Виктор. Рыжий добряк, вот уж кого Адриан точно вызвал для толпы. Да и этот, второй, Пушков, не думаю, что эти двое в чем-то замешаны. Вот жена Анищенко – сто процентов!

– Прошу за мной, – натянуто улыбнулась я всем троим и направила процессию в Куб. Как и обещала Адриану, сначала указала даме на ее место. Это был стул рядом с грузином, тот о чем-то спорил с Давидом и не обратил внимания на вошедших. Я лично, совсем не удивилась, когда рыжий добряк Борщов, бросился отодвинуть стул для вдовы его покойного коллеги. Он и в первую нашу встречу единственный, кто проявил хоть какое-то уважение, одевшись прилично. Но мои гениальные умозаключения не оправдались – об этом засвидетельствовало сообщение, только что упавшее мне на телефон: «Борщова во главу стола».

– Вы сюда, пожалуйста, – не обдумывая больше ничего, ринулась выполнять поручение, пока работник ХолодТранса не занял другое место. – А вы сюда, – показала рукой Пушкову на стул по левую руку от теперь уже севшего Борщова. Итак, все были на своих местах. Полицейский явился еще минут через пять, да не один, а с сопровождением – двумя людьми в форме, они исчезли в темноте возле стен, там, где спрятались лишние стулья. Итак, на первый взгляд, здесь были только те, кто сидел за столом. В невыносимой жаре скоро появился и сам Адриан. С его приходом замолкли даже Давид с Зазой.

Это было зрелищно. Адриан в кромешной тишине прошел к своему стулу и, опустившись на него, положил перед собой изящные белые руки. Его кожа казалась особенно бледной в этом освещении. Он заговорил, но смотрел исключительно на свои пальцы.

– Доброе утро.

В ответ все та же тишина. Присутствующие во все глаза пожирали замкнутого в себе гения, снизошедшего к ним чуть не с самих небес.

– Я не согласен с версией, выдвинутой полицией. Уверен, Руслан Анищенко не убивал себя сам.

Эти слова подобно грому среди ясного неба, прогромыхали и взорвали молчаливую аудиторию.

– Что за бред?! – воскликнула вдова, поправив темные очки у себя на глазах. – Руслан оставил записку!

– Две, – поправил ее полицейский.

– Две? Как, какие две?!

– Адрианушка, – перебив их, вмешался владелец ХолодТранс, – да черт с ним, с Анищенко. Не трать свое время, ты лучше скажи, кто воровал у меня, и мы покончим с этим! Накажем злодеев!

– Помолчите! – с силой постучав тростью, прикрикнул на всех сидевший по правую руку от меня Давид. – Адриан, мы тебя слушаем.

– Изначально, – выдохнув, как будто только что избежал попадания под поезд, начал Шагалов младший, – дело казалось совсем простым. Мы обнаружили проблему на сайте. Артем.

Боярский за словом в карман не полез и без лишних кривляний перенял инициативу на себя.

– Да, здесь все просто. Опуская подробности не доступные к пониманию для ламеров, – приятно, что на этой ноте Боярский мельком окатил презрительным взглядом моего соседа Давида (это ему за мышь), – мы подправили интерфейс. Дизайнер создал новый вид сайта, доработали его концепт, сделали оценку аналитических данных, полученных от поисковых систем…